неисправленная двойка

Никас Сафронов создает картины по детским рисункам – в помощь больным детям

09.02.2016
Картину «Ночной охотник», написанную заслуженным художником России Никасом Сафроновым, планируется выставить на аукцион. Средства, полученные за нее, передадут Фонду Хабенского.

О чем фантазируют одаренные дети в канун Нового Года

05.02.2016
«Новогодние фантазии» - так называется экспозиция работ, представленная детскими творческими мастерскими. Выставку открыл региональный центр поддержки одаренных детей.

Новогодние сказки в музее Одессы

02.02.2016
На новой выставке Одесского историко-краеведческого музея можно увидеть картины, созданные ребятами пяти-шестнадцати лет.
Эдуард Иванович Пашнев

Книги → Девочка и олень  → Глава XI. Андрей Болконский

— Подожди, Рощина, пока они немного успокоятся. Теперь говори.

— Я сказала, но вы опять не услышали.

— Что значит опять?

— Вы спрашиваете, а сами не слушаете. Гришина сказала, что я укокошила бабушку и порезала на промокашки дедушку, а вы говорите, что сочинение было классным и дедушка и бабушка тут ни при чем.

По классу опять пробежал веселый смешок.

— Вот оно что… Подловили. Выходит, не Половинкин, а я рассмешила вас. Гришина, вон из класса.

— За что вы ее? — удивилась Надя.

— Пусть, я могу выйти, — лениво поднялась Ленка.

— Сделай одолжение. А ты, Рощина, может быть, все же ответишь нам, почему не написала сочинение? Я постараюсь больше не отвлекаться.

Хлопнула за Ленкой дверь.

— Вы несправедливо ее выгнали, — еще раз сказала Надя.

— Ну, об этом потом. Сейчас мы хотим послушать, чем тебя не устраивает Лев Толстой. Или кто тебя не устраивает?

— Князь Андрей, — тихо сказала Надя, опустив голову, — вернее, не он сам, а тема, которую вы дали.

— А какая же это тема? Ты не поможешь мне вспомнить?

— «Андрей Болконский — герой Аустерлица и Бородино».

— Значит, герой Бородино тебе не нравится?

— Я не говорю, что он не герой.

— Князь Андрей Болконский, любимый герой Толстого, — учительница пожала плечами.

— Да, — согласилась Надя, — так написано в учебнике.

— Может быть, ты мне скажешь и все остальное, что там по этому поводу написано, коль уж написать сочинение не удосужилась. Я ведь тебя и спрашиваю по учебнику.

— Нет, у меня есть свое мнение. Он не может быть любимым героем. Князь Андрей желчный, вредный, жестокий до тупости аристократ.

— Что это с Надькой? — громко опросил ошеломленный Половинкин.

— А ничего! — открыла дверь Ленка. — Может человек иметь свое собственное мнение?

— У каждого должно быть только свое мнение, — подскочил на своей парте Чиз.

— А ты сиди, — повернулся к нему А. Антонов. — У тебя в нашем классе еще голоса нет.

Тамара Ивановна так была удивлена, что забыла вновь выставить Гришину за дверь.

— Я так считаю, — сказала Надя, — но если все думают по-другому, я могу сесть.

— Нет уж, милочка, — почти мстительно произнесла учительница, — такое надо подкреплять доказательствами. Это все равно, что сказать уважаемому человеку «ты подлец», а потом извиниться. Нужны доказательства.

— Они в книжке.

— Дайте, у кого есть с собой, роман, — попросила Тамара Ивановна. — Что… ни у кого нет?

— Я сбегаю в библиотеку, — поднял руку Половинкин.

— Сиди, Гришина стоит у двери, она и сбегает. А мы пока послушаем в более развернутом виде новую теорию. Ну, что ты стоишь, Гришина? Иди за книжкой.

— Надь, идти? — спросила Ленка.

— Да, — кивнула она не очень уверенно и, когда за Ленкой также неуверенно закрылась дверь, добавила: — Не зря же Шмаринов его на Бородинском поле, как Наполеона, нарисовал. Помните, он стоит в траве очень прямо, одну руку заложил за спину, а другая — на груди, почти как у Наполеона. Эта иллюстрация в учебнике есть.

Ребята зашелестели учебниками.

— Точно! — обрадовался Чиз. — И треуголка на нем, как у Наполеона.

— А я думала, что это Наполеон, а это князь Андрей, — удивилась негромко Таня Опарина.

— Нарисовать что угодно можно, — напомнила ребятам Тамара Ивановна. — Ты ведь тоже, кажется, рисуешь? — обратилась она к Наде. — Имей в виду, сорванный урок за твой счет.

— Что угодно нельзя, — возразила Надя. — Наполеоном князя Андрея нарисовать можно, а Пестелем или Рылеевым — нельзя.

— Ну, что ж, я думаю, что ты в своем упорстве, в своей ложной самозащите так далеко зашла, что без разбора этого ЧП на педсовете не обойтись. Скажи, пожалуйста, я и не подозревала за тобой таких талантов.

Прибежала Ленка с двумя томами «Войны и мира». Надя, чувствуя кожей взгляды всего класса, взяла один том, потом другой. Оба тома были обжиты, как хорошо знакомый дом, как школа со всеми ее парадными и подсобными помещениями, но, оказавшись в центре внимания, Надя вдруг испугалась, что не найдет нужные места.

← предыдущая следующая →

Страницы раздела: 1 2 3 4 5 6