неисправленная двойка

Никас Сафронов создает картины по детским рисункам – в помощь больным детям

09.02.2016
Картину «Ночной охотник», написанную заслуженным художником России Никасом Сафроновым, планируется выставить на аукцион. Средства, полученные за нее, передадут Фонду Хабенского.

О чем фантазируют одаренные дети в канун Нового Года

05.02.2016
«Новогодние фантазии» - так называется экспозиция работ, представленная детскими творческими мастерскими. Выставку открыл региональный центр поддержки одаренных детей.

Новогодние сказки в музее Одессы

02.02.2016
На новой выставке Одесского историко-краеведческого музея можно увидеть картины, созданные ребятами пяти-шестнадцати лет.
Эдуард Иванович Пашнев

Книги → Девочка и олень  → Глава XII. Лыжная прогулка

Надя не выдержала, сама позвонила. Поэтому она думала, что колючка Гу Кай-Чжи не достала до сердца Марата Антоновича. Уколола в тот вечер его, а боль, тревожная и радостная, поселилась в ее сердце. Потом было свидание в присутствии отца, книжка Булгакова. И все-таки он услышал прикосновение иголки кактуса. И не в лунную ночь, как она тогда вообразила, а в метельную, снежную.

— Надя! — раздался знакомый голос за деревьями.

Отец и дочь разом воткнули салки и остановились.

Николай Николаевич посмотрел в сторону павильона Нерастанкино, а Наде показалось, что позвали сзади. Склоны Царицынских прудов и холмы парка, переполненные лыжниками, ослепительно сверкали под солнцем, скрипели под полозьями, звенели от звонких голосов и смеха так, что с деревьев падал снег.

— По-моему, тебя позвали, — сказал отец.

— Надя!

Из-под горы поднимался елочкой и махал палками какой-то мальчишка в красном свитере и в белой шапочке с кисточкой, болтающейся в такт шагам из стороны в сторону.

— Надя! — подбежала сзади на лыжах девчонка в белом свитере, с распущенными волосами.

— Марат Антонович! Татьяна Петровна! Я вас не узнала.

— Какая я тебе Петровна, побойся бога, — возразила Таня. — Я и всегда-то чувствую себя девчонкой, а сегодня особенно. Такой же девчонкой, как ты. Даже больше, чем ты.

— Здравствуйте, Николай Николаевич, — приветливо кивнул Марат.

— Простите, я думала, вы просто так здесь стоите, — засмеялась Таня. — Так вот, значит, какой у Нади папа! И вот какой стала сама Надя. Я ни за что бы тебя не узнала. Я из-за тебя проспорила две бутылки шампанского. Марат сказал: «Поедем в Царицыно, там обязательно увидим Надю. Это ее район, и она в такой день ни за что дома не останется». Я сказала, что немыслимо найти человека в стоге сена, то есть иголку в стоге сена.

Она засмеялась, радуясь тому, что так интересно оговорилась. Николай Николаевич, встретивший поначалу их несколько неприязненно, тоже заулыбался. Жена Марата Антоновича ему понравилась. Глаза у нее возбужденно блестели, на щеках играл румянец. Она подъехала совсем близко к Наде, их палки и лыжи переплелись, и они упали в снег, громко хохоча. Смеялись и все вокруг. День был удивительно хорош.

— Я предлагаю сделать небольшой пробег в парк, — сказал Николай Николаевич, — до мостика Баженова, который мы давно не видели с Надюшей, и обратно.

Марат Антонович улыбнулся и молча показал на свою жену и Надю, предоставляя им право выбрать маршрут и ответить Рощину.

— Мы согласны, — ответила Таня за себя и за Надю. — А это, значит, и есть Нерастанкино? Какой нужный всем людям домик. Почему же он пустой?

Портик павильона, куполообразная крыша, капители колонн были украшены пышными, искрившимися на солнце шапками снега. Деревья тоже были в снегу. Тоненькие стволы молодых кленов сгибались под непосильной тяжестью.

— Здесь все дома пустые. А многие без крыш, — сказал Марат Антонович. — Здесь никто никогда не жил.

— Нет, правда, какое красивое слово — Нерастанкино, — опять повторила Таня. — Не хочу ни с чем расставаться. Хочу всегда жить в Нерастанкино! — крикнула она озорно и постучала палкой по стволу толстого дерева, под которым они все стояли.

Могучий дуб держал на своих ветвях несколько сугробов. Они медленно подтаивали, пригнутые ветки выпрямлялись, и время от времени на землю жмякались пышные, не успевшие еще спрессоваться слитки снега, оставляя неглубокие ямки в ровном насте. Сорвалась неожиданно и с крыши павильона охапка снега и рассыпалась по дорожке. Потряхивая длинными волосами, Таня выкатилась из-под дерева и потопталась, утрамбовывал упавший с крыши сугроб. Несколько мелких комочков упали ей на плечи, на голову.

— Таня, где твоя шапочка? — спросил строго Марат.

— В кармане. Мне не холодно.

— Все равно надень и возьми палки, — он подобрал их, когда она упала. — И давай я тебя отряхну.

Его забота о жене больно и сладко кольнула сердца Нади… Это было странно, но сейчас ей казалось, что ее любовь распространяется и на жену Марата Антоновича и на их дочь Дуську, которую она еще ни разу не видела. Они все ей были дороги, как мама, как папа, как этот ослепительный снег.

← предущий раздел следующая →

Страницы раздела: 1 2 3 4